(с) Светлана Лякутина
послушать
"Огонь изнутри"
Этот аромат появился при довольно необычном стечении обстоятельств и сочетании ощущений – я уже несколько дней перечитывал Кастанеду и Флоринду Доннер, периодически вспоминая семинары Андрея Лапина, а также любовался Бреттом в роли Шерлока Холмса. В голове были мысли о высоком, на экране Холмс и Ватсон, раскрыв очередное дело, пили бренди перед камином. И в какой-то момент у этого сочетания мыслей и экранного действия возник образ аромата, который воплотился в духи. Названием они обязаны седьмой книге Карлоса Кастанеды, перечитывание которой пришлось на момент их рождения. К тому же, Холмс у меня всегда ассоциировался со скрытым внутренним огнем.
Об изменении, внутреннем взгляде, и о том, что вещи не всегда таковы, какими кажутся.
Аромат почти без верхних нот, густой, тяжелый и жесткий, словно завеса табачного дыма, пороха, бренди и чего-то химического в кабинете Холмса. Но вот закончено очередное дело, разожжен камин, открыто окно, в которое улетучиваются запахи пороховой гари, табака и химикатов, набита новая трубка, бренди налито в бокалы. Из-под горечи проступают кожаные ноты – брошенные на стол перчатки, потертое кресло, и - немного шоколада, который очень хорош под разговор к бренди. «Ну вот, мой дорогой Ватсон, теперь вы убедились, что вещи не всегда таковы, какими кажутся», - улыбается Холмс.
«Я ведь говорил, что вещи не всегда таковы, какими кажутся», - улыбается старый индеец, надевая старую потрепанную шляпу. Он хлопает по спине белого мужчину, который сидит на полу и записывает каждое слово, и оба выходят в знойную ночь, которая густо и маслянисто пахнет деревом, землей, и немного дымом и кофе.
Верхняя нота: белый коньяк, эстрагон и капля синего тысячелистника.
Сердце: марокканские и французские нероли, СКСО2 шалфея лекарственного, эстрагон, абсолю какао и кофе.
База: сандал майсор, атласский кедр, гималайский кедр, пачули, гаитянский и яванский ветиверы, абсолю бобов тонка, лабданума и дубового мха.
Масло, 20% концентрация в жожоба Голд.
"Не было никого"
«Не было никого. Вода». – «Никого?
А разве вода — никто?» – «Нет
никого. Это цветы». – «Нет никого?
Но разве цветы – никто?» –
«Нет никого. Ветер прошел». – «Никого?
Разве ветер – никто?» – «Нет
никого. Воображенье». – «Нет никого?
А разве воображенье — никто?»
Хуан Рамон Хименес
Про моно-но аварэ и югэн, про «побыть одному», про взгляд изнутри.
«Наблюдать, как солнце заходит за холм, покрытый травами и цветами, идти вперед, все дальше и дальше по огромному лесу, не задумываясь о том, пора ли возвращаться, стоять на берегу и видеть, как лодка исчезает из виду за далекими островами в море, созерцать полет диких гусей, которые были видны, а затем затерялись среди облаков...» (Сэами)
Прохладное последождие у моря, запах которого не слышен за ароматом хвои - наверху, где смолистый ветер, и мокрые от травы кожаные перчатки, и цветы, и дымная горечь, и мокрая земля, и капли смолы на дереве, и сухой мох, и неясное желание, и воспоминания...
В верхних нотах - петитгрейн, эстрагон, иссоп, пихта Великая, грейпфрут, французская лаванда, зеленый мандарин, абсолюты неролиевой воды и белого коньяка.
Сердце - давана, можжевеловая хвоя, ладан sacra, розовое дерево, абсолюты франжипани и жасмина аурикулатума.
База - кенийская мирра, дягиль, гималайский кедр, сандал майсор, гаитянский ветивер, имбирь Nigerian (СКСО2), абсолют дубового мха, тинктура кастореума.
Масло, 25% концентрация в жожоба Голд.
"Там где ветер"
Вышивают небесную тьму
Пальцы тонких ветренных лезвий...
(с) Мельница. Ветер
Там, где хорошо одному, где нет никого - только ты и ветер, который рассказывает обо всем, что видел, когда мчался над землей, и приносит с собой ароматы далеких стран.
Аромат-образ, цветы и травы, немного свежести, терпкости, теплой земли и густая, мягкая обволакивающая древесная база.
Верхняя нота: бархатцы, сицилийский бергамот, зеленый мандарин, мята колосистая, петитгрейн, грейпфрут, французская лаванда, хиноки, гардения Инков (мацерат).
Сердце: галльская роза, марокканские нероли, манука, иланг-иланг I и комплит, душица СО2, итальянский бессмертник, мускатный шалфей, абсолю азалии, жасмина аурикулатума и лабданума
База: ваниль СКСО2, зверобой СКСО2, сандал майсор, сандал яси, австралийский сандал, гималайский кедр, гаитянский ветивер.
Масло, 20% концентрация в жожоба Голд.
"Тень Лукреции"
Данте Габриэль Россетти, "Украшение омелой"
Лукреция Борджиа, прекрасная, смертельно опасная, умная и распутная – такой она осталась в истории. Ее воспевали и проклинали, любили и ненавидели, ей посвящали оды, с нее писали картины. Одни считали ее ангелом и преклонялись перед ней, другие – демоном, и мечтали убить ее. Что было на самом деле, сейчас уже невозможно сказать. Этот аромат – о неоднозначности, опасности и желании.
Вызывающий, жесткий, с горьким привкусом цианида и сладковато-дымными нотами аромат перетекает в соблазнительный и манящий, терпкая цветочно-травяная дымка скрывает ощущение опасности, которое таится в глубине, словно присыпанная пеплом сладость, выпавшая из руки отравленного знаменитым ядом Борджиа.
Верхняя нота: горький миндаль, бархатцы, сицилийский бергамот, французская лаванда, розмарин, бергамотная мята.
Сердце: пальмароза, белый коньяк, давана, итальянский бессмертник, марокканские нероли, галльская роза, герань Бурбон, абсолю азалии, медовый мирт.
База: ваниль СКСО2, ладан sacra, пачули.
Эфирное масло горького миндаля очищено от гликозидов синильной кислоты, поэтому может применяться для создания духов и в ароматерапевтических целях.
Масло, 20% концентрация в жожоба Голд.
Город: Москва
В оформлении работ использованы репродукции картин и фото, найденные в Интернете. У многих, к сожалению, я не смог установить авторство. Если кто-то узнает свою или чью-то работу, я буду очень благодарен, если мне сообщат имя автора.
Этот аромат появился при довольно необычном стечении обстоятельств и сочетании ощущений – я уже несколько дней перечитывал Кастанеду и Флоринду Доннер, периодически вспоминая семинары Андрея Лапина, а также любовался Бреттом в роли Шерлока Холмса. В голове были мысли о высоком, на экране Холмс и Ватсон, раскрыв очередное дело, пили бренди перед камином. И в какой-то момент у этого сочетания мыслей и экранного действия возник образ аромата, который воплотился в духи. Названием они обязаны седьмой книге Карлоса Кастанеды, перечитывание которой пришлось на момент их рождения. К тому же, Холмс у меня всегда ассоциировался со скрытым внутренним огнем.
Об изменении, внутреннем взгляде, и о том, что вещи не всегда таковы, какими кажутся.
Аромат почти без верхних нот, густой, тяжелый и жесткий, словно завеса табачного дыма, пороха, бренди и чего-то химического в кабинете Холмса. Но вот закончено очередное дело, разожжен камин, открыто окно, в которое улетучиваются запахи пороховой гари, табака и химикатов, набита новая трубка, бренди налито в бокалы. Из-под горечи проступают кожаные ноты – брошенные на стол перчатки, потертое кресло, и - немного шоколада, который очень хорош под разговор к бренди. «Ну вот, мой дорогой Ватсон, теперь вы убедились, что вещи не всегда таковы, какими кажутся», - улыбается Холмс.
«Я ведь говорил, что вещи не всегда таковы, какими кажутся», - улыбается старый индеец, надевая старую потрепанную шляпу. Он хлопает по спине белого мужчину, который сидит на полу и записывает каждое слово, и оба выходят в знойную ночь, которая густо и маслянисто пахнет деревом, землей, и немного дымом и кофе.
Верхняя нота: белый коньяк, эстрагон и капля синего тысячелистника.
Сердце: марокканские и французские нероли, СКСО2 шалфея лекарственного, эстрагон, абсолю какао и кофе.
База: сандал майсор, атласский кедр, гималайский кедр, пачули, гаитянский и яванский ветиверы, абсолю бобов тонка, лабданума и дубового мха.
Масло, 20% концентрация в жожоба Голд.
"Не было никого"
«Не было никого. Вода». – «Никого?
А разве вода — никто?» – «Нет
никого. Это цветы». – «Нет никого?
Но разве цветы – никто?» –
«Нет никого. Ветер прошел». – «Никого?
Разве ветер – никто?» – «Нет
никого. Воображенье». – «Нет никого?
А разве воображенье — никто?»
Хуан Рамон Хименес
Про моно-но аварэ и югэн, про «побыть одному», про взгляд изнутри.
«Наблюдать, как солнце заходит за холм, покрытый травами и цветами, идти вперед, все дальше и дальше по огромному лесу, не задумываясь о том, пора ли возвращаться, стоять на берегу и видеть, как лодка исчезает из виду за далекими островами в море, созерцать полет диких гусей, которые были видны, а затем затерялись среди облаков...» (Сэами)
Прохладное последождие у моря, запах которого не слышен за ароматом хвои - наверху, где смолистый ветер, и мокрые от травы кожаные перчатки, и цветы, и дымная горечь, и мокрая земля, и капли смолы на дереве, и сухой мох, и неясное желание, и воспоминания...
В верхних нотах - петитгрейн, эстрагон, иссоп, пихта Великая, грейпфрут, французская лаванда, зеленый мандарин, абсолюты неролиевой воды и белого коньяка.
Сердце - давана, можжевеловая хвоя, ладан sacra, розовое дерево, абсолюты франжипани и жасмина аурикулатума.
База - кенийская мирра, дягиль, гималайский кедр, сандал майсор, гаитянский ветивер, имбирь Nigerian (СКСО2), абсолют дубового мха, тинктура кастореума.
Масло, 25% концентрация в жожоба Голд.
"Там где ветер"
Вышивают небесную тьму
Пальцы тонких ветренных лезвий...
(с) Мельница. Ветер
Там, где хорошо одному, где нет никого - только ты и ветер, который рассказывает обо всем, что видел, когда мчался над землей, и приносит с собой ароматы далеких стран.
Аромат-образ, цветы и травы, немного свежести, терпкости, теплой земли и густая, мягкая обволакивающая древесная база.
Верхняя нота: бархатцы, сицилийский бергамот, зеленый мандарин, мята колосистая, петитгрейн, грейпфрут, французская лаванда, хиноки, гардения Инков (мацерат).
Сердце: галльская роза, марокканские нероли, манука, иланг-иланг I и комплит, душица СО2, итальянский бессмертник, мускатный шалфей, абсолю азалии, жасмина аурикулатума и лабданума
База: ваниль СКСО2, зверобой СКСО2, сандал майсор, сандал яси, австралийский сандал, гималайский кедр, гаитянский ветивер.
Масло, 20% концентрация в жожоба Голд.
"Тень Лукреции"
Данте Габриэль Россетти, "Украшение омелой"
Лукреция Борджиа, прекрасная, смертельно опасная, умная и распутная – такой она осталась в истории. Ее воспевали и проклинали, любили и ненавидели, ей посвящали оды, с нее писали картины. Одни считали ее ангелом и преклонялись перед ней, другие – демоном, и мечтали убить ее. Что было на самом деле, сейчас уже невозможно сказать. Этот аромат – о неоднозначности, опасности и желании.
Вызывающий, жесткий, с горьким привкусом цианида и сладковато-дымными нотами аромат перетекает в соблазнительный и манящий, терпкая цветочно-травяная дымка скрывает ощущение опасности, которое таится в глубине, словно присыпанная пеплом сладость, выпавшая из руки отравленного знаменитым ядом Борджиа.
Верхняя нота: горький миндаль, бархатцы, сицилийский бергамот, французская лаванда, розмарин, бергамотная мята.
Сердце: пальмароза, белый коньяк, давана, итальянский бессмертник, марокканские нероли, галльская роза, герань Бурбон, абсолю азалии, медовый мирт.
База: ваниль СКСО2, ладан sacra, пачули.
Эфирное масло горького миндаля очищено от гликозидов синильной кислоты, поэтому может применяться для создания духов и в ароматерапевтических целях.
Масло, 20% концентрация в жожоба Голд.
Город: Москва
В оформлении работ использованы репродукции картин и фото, найденные в Интернете. У многих, к сожалению, я не смог установить авторство. Если кто-то узнает свою или чью-то работу, я буду очень благодарен, если мне сообщат имя автора.